Спектакль свердловской Драмы разыгрывает сюжеты Дюма в современной российской школе

16.05.2018 в 11:41, просмотров: 467

17 и 18 июня в Театре Драмы состоится премьера спектакля «Три мушкетера» в постановке Михаила Заец. По словам режиссера, его работа – это не перенос действия романа на сцену, а некая игра в мушкетеров, которую устраивают современные тридцатилетние люди, вспоминающие свои детство и юность на встрече выпускников.

Спектакль свердловской Драмы разыгрывает сюжеты Дюма в современной российской школе
Режиссер Михаил Заец, лауреат премии Губернатора Свердловской области за выдающиеся достижения в области литературы и искусства. Фото: пресс-служба свердловского театра драмы

– Михаил Васильевич, легендарному роману уже не один век. За это время в художественном пространстве появилось немало сценических и кинематографических вариаций этого текста. Какими будут ваши «Три мушкетера»?

– Пересказа придуманного Александром Дюма-старшим сюжета в нашей постановке не будет. Не будет и заложенных в романе перемен места действия, это позволит избежать больших перестановок в оформлении, которые всегда работают против темпа спектакля. Будет единственное пространство – интерьеры школы французского языка, где проходит встреча выпускников. Героям чуть за тридцать, последний звонок прозвенел для них пятнадцать лет назад, и в эту ночь они вспоминают, что когда-то играли в Атоса, Партоса и Арамиса, что называли директора школы Королем, а завуча – Кардиналом. И вся эта история из бытовой перерастает в какую-то классическую, романтическую, о рае человечества, о нашей молодости, поэтому мы «тащим» сюда наши воспоминания: спортзалы, первые любови, коня спортивного, который оживал силой воображения, старые лыжные палки, легко заменявшие собой шпаги… То есть, на сцене будет такая игра в любимый роман.

– Если действие переносится из Франции девятнадцатого века в век двадцатый, то вряд ли главный герой будет мечтать о службе в мушкетерском полку… Что будет в основе событийного ряда?

– История трех мушкетеров – это история молодых. В четырнадцать лет на нее смотрят, можно сказать, более открытыми глазами, нежели в тридцать. Разменявшие четвертый десяток относятся ко всем этим приключениям, с одной стороны, с иронией, с другой – с ностальгией по тем утраченным свету, теплу, романтизму, по первому чувству… Через пятнадцать лет ты вновь садишься за парту, рядом – твоя первая любовь, и все, кажется, что ничего не изменилось, хотя и ты женат, и она замужем, у каждого – дети, кредиты… Встречаются друзья, уже потрепанные жизнью, и начинают вести себя так же, как много лет назад: один влезает другому на спину, и – поскакали по коридорам… Эта история о молодости, а хотим мы этого или нет, именно молодость – наш рай, то место, куда большинству из нас хочется вернуться. Конечно, в подростковом возрасте все наоборот – ты стремишься поскорее повзрослеть, вырваться из-под опеки родителей, контроля учителей, но, когда это происходит, когда ты врываешься в этот недружелюбный мир, хочется отмотать обратно, где мама будит по утрам, а папа дает деньги на кино и цветы для любимой девочки. О чем-то таком хочется сделать спектакль. 

– Кого вы хотите увидеть в зале в первую очередь? Молодежь?

– В любом возрасте есть то, что «запускает» ностальгическое настроение. Как ни печально, для ровесников героев спектакля это отнюдь не «Три мушкетера», которых многие из них даже не читали, только что-то про них слышали. Вот на это «что-то» мы и опираемся: все, даже ни разу не заглянувшие в книгу, знают, что это про Францию, поэтому сюжет разворачивается в школе, где второй «государственный» язык – французский, где на нем говорят и на нем же поют. Опять же всем известно, что мушкетеры – заядлые дуэлянты, значит, мы не обойдемся без драк, которые помогает ставить замечательный балетмейстер Наталья Шурганова. Нам всем – мне, Наташе, сценографу Максиму Обрезкову, уже знакомому екатеринбуржцам по «Зойкиной квартире» – хочется, чтобы на «выходе» получился не нафталин, а современная история, внутри которой, тем не менее, останется тоска по молодости, по романтическим отношениям, по крепости дружбы, которую мы будем переживать при любом устройстве мира.

– Если определять жанр спектакля…

– Я бы назвал это комедийно-музыкальным спектаклем, и даже, возможно, убрал слово «комедийный», потому что словосочетание «музыкальная комедия» давно стало затасканным штампом. Это романтическая история с вкраплениями музыкальных номеров.

– Что для вас сложнее ставить: комедию или трагедию?

– Вызвать смех всегда труднее, чем заставить плакать. Конечно, у каждого из нас есть свои поводы как для грусти, так и для веселья, но для слез общечеловеческих причин все-таки больше, тогда как юмор – вещь скорее индивидуальная. Помните, в романе Умберто Эко «Имя розы» была такая история про два трактата – о природе грустного и о природе смешного, который якобы уничтожила церковь, потому что смеющийся человек – свободен. Когда мы плачем – мы едины, горе сближает почти всех, а радость – нет, радость у всех своя. Разгадавший суть смеха будет править миром, потому что по своей природе человек хочет именно радоваться. Удивительно, комедию часто называют низким жанром, но сделать ее хорошо, качественно, смешно могут очень немногие – говорю не о себе. Дело еще и в самом человеке (режиссере), который может быть внешне невероятно серьезен, а комедии ставит потрясающие, а бывает наоборот – в жизни фонтанирует юмором, а делает самые «загрузочные» спектакли. Не угадаешь…

– Какое впечатление на вас произвели артисты, вошедшие в спектакль?

– Уверенно говорю, что труппа – замечательная. На удивление находящаяся в форме, готовая к экспериментам.




Партнеры