Подсудимого делает окружение

Сторонники Маленкина вспоминали, как сидели сами, рассуждали, как пронести в суд нож и устроить побег

23.01.2014 в 10:47, просмотров: 2746

20 января Верх-Исетский районный суд Екатеринбурга избирал меру пресечения для Евгения Маленкина, обвиняемого в незаконном лишении свободы женщин в ребцентре фонда «Город без наркотиков» и участии в распространении наркотиков. В поддержку скандального общественника в суде собралась удивительная публика. Бритоголовые молодчики в спортивных костюмах, скандальные священники, журналистка-уголовница, друг серийного убийцы, агрессивные сторонники запрета продажи детских игрушек в форме шприца и медицинской литературы… и мэр Екатеринбурга, который органично вписывался в этот паноптикум. 

Подсудимого делает окружение
Кабанов и Ройзман. Андрей Кабанов когда-то выполнял в фонде тот же функционал, что и Маленкин, но суда избежал

Верх-Исетский районный суд Екатеринбурга продлил арест для Евгения Маленкина. Подручный мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана по работе в фонде «Город без наркотиков», именовавший себя вице-президентом, останется под стражей до 22 марта 2014 года.

За два месяца до нового заседания по мере пресечения суд рассмотрит ходатайства в защиту Маленкина. В том числе заявления от представителей РПЦ (церковь в конце 90-х – начале нулевых поддерживала фонд в самых скандальных и спорных с точки зрения закона акциях), письма, которые сегодня принесли в суд Евгений Ройзман и другие лица, связанные с деятельностью фонда.

Изначально планировалось, что на слушаниях в качестве «общественных защитников» Маленкина выступят глава Телевизионного агентства Урала Иннокентий Шеремет и священник Владимир Зайцев. Но в результате Шеремет сказал в пользу обвиняемого всего несколько слов, а Зайцев не говорил вообще. Появление этих граждан в суде на окончательный вердикт не повлияло. Срок ареста Маленкина был продлен. Таков итог непродолжительного заседания. Больше о нем, пожалуй, и говорить нечего. Гораздо интереснее в этот день было в коридорах суда.

В суд явилась довольно разношерстная публика, но каждый из пришедших, от бритоголового молодчика в берцах до скандального священника, вероятно, имел свои мотивы поддерживать Маленкина.

Как уже говорилось выше, в качестве общественного защитника пришел священник Владимир Зайцев. В нулевых годах он активно сотрудничал с фондом Ройзмана и руководил организацией «Православное студенческое братство». Участники «братства» при «попустительстве» Зайцева совместно с представителями «Города без наркотиков» проводили провокационные акции, связанные с применением насилия в отношении лиц нетрадиционной сексуальной ориентации, представителей других религиозных конфессий и т.п. Уголовное преследование по факту действий Православного студенческого братства и «фондовцев» не велось, возможно, потому, что в УК РФ тогда еще не ввели статью об экстремизме.

Кроме Владимира Зайцева, прибыли и другие представители церкви. Сторонники Ройзмана и Маленкина устроили в суде странный перформанс, принявшись целовать руки всем духовным лицам. Дополнительного фарса к сцене с поцелуями добавила одна из околоцерковных сторонниц Маленкина и Ройзмана. Она призывала собравшихся выступать против свободной продажи детских игрушек в виде шприцев, а также медицинской литературы. По ее мнению, такая продукция «пропагандирует наркозависимость». Для подтверждения своих слов эта гражданка показывала всем детскую игрушку в форме шприца.

Сторонники фонда Ройзмана, в свою очередь, шокировали журналистов, полицейских и сотрудников ФСИНа провокационными шутками. Когда мимо группы этих граждан проводили Евгения Маленкина, «фондовцы» принялись громко шутить о том, что прямо сейчас могли бы отбить подсудимого у конвоиров и помочь ему бежать.

А затем эти представители «группы поддержки» стали вспоминать, как сами сидели на скамье подсудимых.

– Тебе-то не аплодировали, когда судили, – подтрунивал один из поклонников «Города без наркотиков» над своим приятелем.

Также на слушания прибыл глава ТАУ Иннокентий Шеремет, в ТВ-программах которого регулярно выходили новости с положительной оценкой методов работы «Города без наркотиков», в том числе приковывания наркозависимых наручниками (за подобные методы коллега Ройзмана из Нижнего Тагила Егор Бычков позже получил уголовное наказание). Поскольку в зале заседаний Шеремету не позволили долго распространяться о том, что Маленкин чуть ли не лучший журналист в городе (ранее обвиняемый поставлял в ТАУ видеозаписи с рейдов фонда), глава телекомпании много и долго говорил об этом в холле суда.

В связи с появлением в суде Шеремета некоторые журналисты шутили о неслыханном либерализме администрации губернатора: несмотря на то, что Ройзман и Маленкин неоднократно обвиняли руководство области в разных грехах, верный администрации губернатора Иннокентий Шеремет открыто выступает в защиту Маленкина…

Пришел в суд и сам глава фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман, который в очередной раз предпочел участие в уголовном процессе по делу своего подручного исполнению обязанностей мэра Екатеринбурга. Явилась на заседание и подруга Ройзмана, уголовница Аксана Панова, недавно получившая приговор по фактам вымогательства и принуждения к заключению сделки. В отличие от остальных журналистов, спокойно ждавших в отведенном месте, пока по коридору проведут обвиняемого, Панова, как и в ходе собственного процесса, устроила скандал, набросившись с криками на сотрудников ФСИНа, которые просто выполняли свою работу.

Одним из самых экстремальных посетителей оказался Игорь Кынкурогов – приятель Маленкина, а также друг и коллега серийного убийцы Василия Федоровича. До посадки в СИЗО Василия Федоровича, обвиняемого в убийствах, похищении людей и экстремизме, Игорь Кынкурогов вместе с ним был активистом екатеринбургской школы ножевого боя «СНБ-66». Пропагандируя свои взгляды, Кынкурогов и Федорович прославились в Интернете националистской фотосессией с провокационными лозунгами («Резать мне или простить ту или иную гниду?» и т.п.).

Ранее в соцсети «ВКонтакте» Игорь Кынкурогов делал заявления, что ему и Федоровичу неоднократно помогали «товарищи» из фонда «Город без наркотиков». О контактах главы фонда «Город без наркотиков» Евгения Ройзмана с Кынкуроговым и Федоровичем стали активно говорить в СМИ, когда выяснилось, что Федорович с помощью своих ножей не только участвовал в соревнованиях, но и убивал людей. Одно из убийств, напомним, было связано с распространением наркотиков.

Тему ножей продолжил один из представителей фонда «Город без наркотиков», которому не понравился досмотр посетителей на входе в здание суда. Этот гражданин громко рассуждал, что легко проносит в самолет коньяк, а в суд может проникнуть с ножом, если захочет. Как передают очевидцы, сторонник Ройзмана и Маленкина даже поделился с другими фондовцами секретом – нож он бы выбрал керамический, незаметный для детектора на входе.

Вероятно, строгое соблюдение сотрудниками ФСИНа установленных правил и мер безопасности настолько задело «группу поддержки» Маленкина, что, взглянув на бедж на груди начальника конвойной службы, один другому, подмигнув, сказал: «Л…ов. Запомни».

Мэр Евгений Ройзман, прогуливаясь по холлу, смог пообщаться со своим бывшим заместителем на посту президента «Города без наркотиков» Андреем Кабановым (Кабанов подменял Ройзмана, когда тот на фоне двух уголовных дел об убийствах в фонде нашел себе безопасное место в Госдуме). Кабанов – тоже персона весьма неоднозначная. Бывший представитель ОПГ «Синие» и героинщик с десятилетним стажем с наркозависимыми гражданами особо не церемонился («Если наркоман, его отметелить надо, а потом вылечить» – так обозначал свою позицию в интервью «Коммерсанту» этот деятель).

Из коридорных бесед журналистов с Ройзманом стало понятно, что к варианту выпуска обвиняемого под залог он особенно не готовился. Говоря на тему гипотетического залога для Маленкина, Ройзман не упустил возможность пожаловаться «на камеру», что у его фонда совсем нет денег. Вероятно, ранние обращения скандального общественника к горожанам с просьбой скинуться особого успеха не имели, поэтому и пришлось использовать суд как удобный повод напомнить о «пожертвованиях».

Вдобавок журналисты выяснили, что Ройзман не очень оптимистично настроен относительно приговора Маленкину и вполне допускает реальный срок.

– Если судья примет решение, что Маленкин будет сидеть, то Женьке придется терпеть… – заявил Ройзман прессе.

Тут же стало известно, что пока обвиняемому особых трудностей терпеть не приходится. Это в беседе с журналистами подтвердил священник Владимир Зайцев. Он рассказал, что 17 января навещал Маленкина в его камере, и сделал вывод, что условия содержания обвиняемого «лучше, чем обычно».

Условия жизни Маленкина в СИЗО действительно комфортные, уж точно качественнее, чем в ребцентрах «Города без наркотиков». Бывшего вице-президента фонда содержат в одиночной камере со всеми удобствами. И ест он не хлеб с водой, как его бывшие реабилитанты, а копченую колбасу, сыр, конфеты. Это видно по фотографиям правозащитников, посетивших камеру Евгения Маленкина незадолго до судебного заседания. В камере у обвиняемого есть стол с полками для книг и журналов, радиоприемник с тремя каналами, умывальник, туалетная комната, отделанная новым кафелем, и прочие удобства.

В этих удобствах Маленкину, по сегодняшнему решению суда, отдыхать, слушать «Русское радио» (арестант предпочитает именно этот канал) и творчески развиваться (говорит, что пишет мемуары) предстоит еще как минимум два месяца. Затем этот срок наверняка продлят (вряд ли обвиняемому, который больше года бегал от правосудия и находился в международном розыске, позволят выйти под залог). А после ареста у него есть все шансы оказаться в еще более комфортных условиях, ведь считается, что содержание в исправительных колониях все-таки мягче, чем в СИЗО.

Вероятность того, что Маленкин получит реальный срок, достаточно велика, поскольку против него выдвинуты очень серьезные обвинения. Подручный Ройзмана обвиняется по 9 эпизодам преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ (незаконное лишение свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору), а также в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (незаконное приобретение, хранение и сбыт наркотического средства в особо крупном размере).